">
разное - WhiteWater.ru конференцияe-mailна главную WW.ru
родео слалом туризм рафтинг снаряжение разное SHOP
 
байдарки | катамараны
  разное - WhiteWater.ru  
   главная  >>  разное (none) (none) (none)  >>  Ирина Терешкина. Женский экипаж. 2002


Автор: Ирина Терешкина, г. Москва     Опубликовано 22.11.2002
 

ЖЕНСКИЙ ЭКИПАЖ

Заход в порог "Даутский" был несложным, основная струя прослеживалась четко, однако под сливом бушевала огромная бочка, после которой надо было стремительно выворачиваться вправо, чтобы не врезаться в обломок скалы, делящий поток на два рукава. Мы со Светой грамотно вышли на струю, четко вписались в слив, и тут что-то случилось, я даже не сразу поняла, что именно; что-то вдруг изменилось, и все мои усилия зацепиться веслом за край струи, чтобы выйти из бочки, не возымели никакого результата. Сделав три сильных гребка, я поняла, что случилось, - лопасть весла развернуло потоком перпендикулярно рукоятке, и вместо того, чтобы вытягивать катамаран из бочки, я натурально рубила пенную воду в капусту. "Сеньку", мой замечательный катамаран фирмы "Рафтмастер", занесло влево, куда нам было совершенно не нужно, да и просто опасно, так как между берегом и большим камнем торчал острый каменный зуб, едва прикрытый водой. "Светка, у меня весло сломалось!" - закричала я. Нас несло прямо на зуб. Света свесилась над водой практически горизонтально, неимоверным усилием пытаясь развернуть кат, но было уже поздно: "Сенька" наехал на камень левым баллоном и на мгновение завис над сливом, далее мощный поток ударил в левый борт, нас развернуло, и мы кормой съехали со слива. Характерного звука разрываемого корда не последовало, катамаран был цел, но впереди была еще одна ступень порога, весьма сложная, а кат управлялся практически одним веслом.

Кое-как я приспособилась грести неправильным веслом, и оставшиеся метры порога мы прошли довольно чисто. "Сенька" пробил валы за последней бочкой, мы выкатились в улово, где нас страховали экипажи нашей группы и, даже еще не зачалившись и продолжая энергично грести, я закричала Светкиному мужу: "Дима! Дима! Ты все можешь! Сделай мне весло!!!". Димкины глаза постепенно округлились, а рот, путем отвисания нижней челюсти, сложился в отчетливую букву "о".

Женщины всегда придумают что-нибудь интересненькое!

* * *

У нас был запланирован сложный маршрут, состоящий из сплава по трем рекам Северного Кавказа, - Кубани, Зеленчуку и Аксауту, а закончиться он должен был на Домбае - странном, однако, месте для водника. Так случилось, что Ёжик, мой старинный друг, компаньон и матрос в одном лице, не смог пойти с нами в поход. Я очень горевала и сильно опасалась, что в матросы мне достанется какой-нибудь недотепа или разгильдяй или, что гораздо хуже, я, в отсутствие достаточного для кавказских рек опыта сплава, покалечу катамаран, утоплю компаньона и угроблюсь сама. На мое счастье Дима Масько, Светкин муж и весьма опытный водник, принял решение, по-моему, довольно рискованное: идти на катамаране-двойке с дочерью Наташей, очаровательной девчушкой пятнадцати лет. Света, тоже водница со стажем, осталась без плавсредства и напарника, и было решено, что мы с ней пойдем в паре на "Сеньке", моем катамаране. Вот так родился наш героический женский экипаж.

Позади были первые километры Кубани, тренировочные заплывы - "раскатка". Поначалу нам было трудно, мы нередко проскакивали намеченные места чалки, а уж войти в "тень" обливного камня и вовсе не представлялось возможным. Мы раз за разом делали попытки, выбиваясь из сил, однако у нас ничего не получалось. Постепенно мы со Светой сгреблись, попривыкли к "Сеньке", и жизнь начала налаживаться.

"Даутский" был первым сложным для нас порогом на Кубани.

После "Даутского" примерно полчаса мы шли по простеньким шиверам, но на сердце у меня было неспокойно. Хотя Дима и выправил мое весло, доверия мне оно не внушало. В любой момент поток мог снова развернуть лопасть, причем этот момент мог оказаться самым важным. И я опять подведу свой экипаж. Вот в таком тревожном настроении я доплыла до порога "Трек". Левый берег, к которому мы пристали для просмотра порога, был завален разнокалиберными острыми камнями; идти было трудно, пошел дождь, и настроение стремительно приближалось к нулю.

Такого кошмара я еще не видела. Короткий порог длиной около пятидесяти метров с приличным уклоном, общее падение примерно три метра, можно было условно разделить на две части: под правым берегом крутая метровая ступень, на вид - вполне проходимая, однако основная часть воды сваливала под высокую скалу левого берега, действительно образуя трек, - мощный наклонный поток, верхний край которого, ударяясь о скалу, заворачивался и нависал над треком. Смотреть на этот вал было страшно. Ниже трек и белый вал сливались воедино в кипящем котле за выступом скалы. Было понятно, что проходить порог следует как можно ближе к правому берегу, прыгая со ступеньки, если, конечно, хватит сил не позволить потоку утащить судно на трек. При попадании судна на трек оверкиль практически обеспечен, - катамаран пойдет по наклонному потоку, сверху его накроет пенный вал и опрокинет судно. Бочка... Каменный выступ... И очень холодная вода.

После двух довольно успешных прохождений порога мужскими экипажами, мы со Светкой переглянулись и решительно двинулись к "Сеньке". Я старалась не думать о плохом. Не могу сказать, что мне было страшно, однако я мысленно задавала себе вопрос - хватит ли у меня сил для управления катом. Хватит ли у нас со Светой сил, чтобы удержать кат под правым берегом. Хватит ли сил.

Может и не хватить. Все-таки мы - женский экипаж.

Вернувшись к катамарану, я попросила Диму закрепить рукоятку покрепче в металлическом черенке. Дима постукал по нему камнем, попытался развернуть рукоять, не сумел и, довольный, протянул мне весло. Я сразу успокоилась. Подумаешь, трек!

Мы уселись и затянули упоры покрепче. Дима оттолкнул "Сеньку" от берега. Все. Теперь только вперед.

В трех-четырех метрах от порога, несмотря на все наши усилия, стало понятно, что удержаться под правым берегом нам не удастся, поток все больше и больше относил нас к треку. "Давай! Давай!" - кричала я мысленно "Сеньке". Порог приближался, и вот, ровно посередине между ступенькой и треком, слегка зацепив нижний край наклонного потока, мы падаем в слив и очень ловко огибаем выступающий край скалы, получив полведра пенной воды верхнего вала в наши симпатичные физиономии. Бочка под сливом нас просто выплюнула, "Сенька" пробил валы за ней, мы лихо выкатились из порога и впервые грамотно зачалились.

Все прошло так быстро, что я даже испугаться не успела.

Мы были очень довольны и страшно собой гордились. Я впервые проходила столь сложный порог и затруднилась бы ответить, чему мы обязаны успехом: собственным силам и опыту или моему замечательному судну. Честнее было бы признать, что нам просто повезло, но все-таки... все-таки мы справились, молодцы, девчонки, умницы...

После прохождения "Трека" вся наша группа, состоящая из семи судов, пошла дальше. Мы со Светой принялись обсуждать наше замечательное прохождение, захлебываясь словами и глядя друг на друга счастливыми глазами, и пропустили здоровенный обливной камень, который внезапно вырос перед носом нашего катамарана. Далее последовала чисто женская реакция - мы обе завизжали и подняли весла над водой. Вот тебе и умницы!..

* * *

Нам приходилось трудновато не только на воде, но и на берегу. Группа была большая, 18 человек, семь судов, иногда караван растягивался на полкилометра. Вытаскивать катамаран на берег и переносить его с места на место чаще всего нам приходилось самим. В первый день тренировки и Света, и я с непривычки "потянули" мышцы рук, плечи ныли, ноги от коленной посадки болели, однако мы не жаловались и сдаваться не собирались. Не потому, что желали сравняться по силе и выносливости с мужчинами, а потому, что были готовы к подобным трудностям, не первый же год ходим в походы. Однако обе впервые шли в женском экипаже.

* * *

На третий день нашего пребывания на Кубани нам предстояло пройти участок реки, который называется Аман Хит (в переводе с черкесского - "плохое место"), - каскад порогов в узком каньоне. Утром мы просматривали этот участок с высокого берега, картина выглядела устрашающе. И вход в каньон, и выход из него были сложными и требовали тонкого маневра и приложения серьезных усилий. На входе поток справа огибал большой обломок скалы, скатывался с двух небольших сливов и с размаху бил в острый каменный зуб слева, а справа от него, едва прикрытая водой, просматривалась каменная "пила", - узкий острый камень, вытянувшийся параллельно основному потоку, как раз для пропиливания баллона по всей длине. В середине каньона красовались довольно высокие сливы, под которыми бушевали мощные бочки. На выходе из каньона в сливе застряли два бревна, от которых следовало держаться подальше и при этом умудриться не врезаться в береговую скалу.

Чем дольше я смотрела на ключевые места Аман Хита, тем страшнее мне становилось. Невольно в голове стали проноситься мыслишки типа: "Что-то я плохо себя чувствую. Скажу Свете, может быть лучше обнести каньон" или "Боюсь, что мое судно не пригодно к проходу по таким негабаритным участкам"... Если честно, то чувствовала я себя прекрасно, и "Сенька" был совершенно пригоден для сплава по таким местам, более чем пригоден, он создавался именно для спортивного сплава. Просто было очень страшно. Уловов в каньоне не было, страховку можно было обеспечить только на выходе из каньона, и нам предстояло пройти весь участок, полагаясь только на себя. При возможном оверкиле перспектива прохода Аман Хита в режиме самосплава не радовала.

Было на удивление жарко, первый день в походе, когда не было дождя. После обеда вся команда соответствующим образом экипировалась и начала сплав по Аман Хиту. По воде скакали солнечные блики, затрудняя просмотр маршрута с судна. Перед входом в каньон группа зачалилась на галечной отмели. Еще раз просмотрев участок, начали сплав.

Мы шли третьими. Два мужских экипажа, шедшие впереди нас, успешно вошли в каньон и скрылись за поворотом. Измучившись на жаре в гидрокостюме, спасжилете и шлеме, я уже не боялась, а хотела только одного - скорее пойти в порог, пока меня не хватил тепловой удар. Вот, наконец, тронулись и мы со Светой.

Обогнув справа большой обломок скалы, скатились со слива, но в бочке "Сенька" крутанулся, и нас сильно занесло влево, очень близко к каменному зубу. Мы успели выровнять кат, однако слегка зацепили зуб левым бортом, что, впрочем, не было опасным; особенно порадовал тот факт, что мы прошли далеко от "пилы". Далее каньон сузился, поток взревел - начался основной участок, сплошное месиво из камней, сливов и бочек. Мы успешно скатились с первого слива, высотой около метра, и попали в мощную бочку. Одновременно мы со Светой легли на баллоны, чтобы зацепить веслами струю за бочкой, однако, то ли мы до глубинной струи не дотянулись, то ли просто сил не хватило; "Сенька" опять крутанулся, потом еще раз, и нас вынесло из бочки кормой - и прямо в валы. Мы дружно довернули катамаран, нас накрыло с головами высоким валом, потом еще одним, а потом мы свалились в очередной слив, и история повторилась - до струи мы не дотянулись, "Сенька" развернулся, и мы опять в режиме вращения вышли из бочки. Сердце бешено скакало в груди, голова слегка кружилась, однако каньон еще не закончился, а впереди было последнее ключевое место - выход из Аман Хита.

Перед участком с бревнами я допустила ошибку - слишком сильно забрала влево, стараясь угрестись от бревна. Света, перекрывая рев воды, закричала: "Не надо! Не бойся бревна! К скале прижмет!", однако опоздала, и "Сеньку" весьма ощутимо приложило левым баллоном к скале. Нас сильно встряхнуло, но "Сенька" выдержал, лишь в очередной раз крутанулся и вынес свой экипаж кормой вперед. В улове нас страховали. Мы со Светкой развернулись носом вперед и под приветственные крики наших ребят подняли весла вверх - живы, слава Богу, все уже позади.

* * *

После прохождения Аман Хита обменивались впечатлениями с другими экипажами, и невольно делали выводы. Один экипаж, шедший на катамаране фирмы "Тритон", в бочке опасно накренило и поставило на баллон, создав угрозу оверкиля. Другой такой же катамаран "закусило" в бочке, экипажу пришлось отчаянно выгребать. Наш же "Сенька", оказывается, вел себя лучше всех, в бочках не застревал, легко прошибал валы, как носом, так и кормой, а в критических ситуациях, когда его дамочки выбивались из сил или допускали ошибки, исправлял положение самостоятельно. У нас даже появилось некое мистическое отношение к "Сеньке". "Сенечка, мальчик наш, умница!" - говорила я ему, как живому существу, а Света с улыбкой добавляла: "Дамский угодник!".

* * *

После Аман Хита до порога "Каменномостский" сложных препятствий нам не встретилось, шли спокойно, стараясь экономить силы. Перед порогом зачалились и пошли его просматривать по берегу.

По мощности потока и уклону "Каменномостский" сильно напоминает порог "Трек", только метров на сто длиннее, и тоже производит сильное впечатление. Заходить в порог следует слева, заход довольно сложный, так как порог на входе разделен крупным обломком скалы; поток с силой бьет в этот обломок, а далее круто падает справа, образуя под сливом выпуклую бочку, "подушку", и слева, закручивая поток в одну сплошную пенную струю. С левого бока обломка на входе виднеется острый выступ - как раз на уровне груди гребца, прыгающего с левого слива. О выступ ударяется часть потока, образуя встречный вал - "отбойник". Страшное место. Однако было понятно, что проходить порог следует все-таки слева, чтобы избежать попадания судна в пенную "подушку", что может быть чревато оверкилем. Мы плотной группой стояли над порогом и смотрели, смотрели... Зрелище завораживало, но чем дольше я смотрела на порог, тем суматошнее билось сердце, - страшно, страшно... Дима, стоявший рядом со мной, в задумчивости произнес: "Что бы такое придумать, чтобы не идти этот порог...". Если честно, я ломала голову над тем же самым.

Первым прошел мужской экипаж, довольно неудачно стукнувшись носом о береговую скалу в середине порога. В результате удара катамаран развернуло струей, корма погрузилась в пену, а нос задрался и практически вертикально вылез на скалу. В следующее мгновение судно сползло со скалы и кормой вперед вышло из порога. Посмотрев этот эпизод, мы со Светой переглянулись, и решительно отправились к "Сеньке". А вот пройдем, и все тут!

При заходе в порог мы слегка перетянули влево, опасаясь в прыжке со слива задеть острый выступ. "Сенька" левым баллоном наехал на камень, но поток нас уже подхватил, и катамаран вошел в слив под углом. Мы со Светой даже ничего не успели сделать; "отбойник" ударил "Сеньку" в правый баллон, "Сенька" мгновенно развернулся кормой вперед, и всю оставшуюся часть порога мы прошли задом, лежа плашмя на баллонах. "Сенька", умница, умудрился не задеть ни одного камня, а воды на нас упало ровно три капли. Хохоча во все горло, мы выкатились из порога; наша команда, стоя на берегу, покатывалась со смеху. Я радостно помахала им рукой, главное - мы живы, ну просто замечательно прошли, ну и что, что задом. А если доставили зрителям удовольствие, так нам не жалко. Ребята улыбались, мы со Светкой смеялись, а "Сенька", наш замечательный катамаран, плавно вращался и, думаю, тоже тихонько улыбался про себя. Ну, конечно, он же - дамский угодник.

Мы ликовали: Кубань была пройдена, женский экипаж жив, здоров и полон оптимизма. А впереди нас ожидали Зеленчук и Аксаут.

 

Ирина Терешкина